Голубые с припухшими веками

Голубые с припухшими веками глаза Пасхина остано- вились на грузной фигуре полковника Хмелева, сидевшего рядом с Евстигнеевым. —   Ну, а ты что задумался, Хмелев? Скромничаешь? Уральская   дивизия одной   из   первых    протаранила фронт южнее Торжка, и на нее особенно рассчитывал Пасхип, стремясь с ходу овладеть Ржевом. Хмелев встал и хрипловатым своим, удушливым басом ответил, что ждет постановки конкретной задачи. Пасхин нахмурился, отошел к окну и потом, обратясь снова ко всем сразу, сказал: —   Даю   ночь на   подготовку,   а   утром — вперед    на Ржев. Перед рассветом получите боевой приказ... С этого вечера и осложнились отношения Хмелева с командующим армией, тем более что организовать наступление на Ржев ни утром, ни в последующие дни не удалось. Уральская дивизия после ожесточенной немецкой бомбежки ушла по настоянию Евстигнеева в окрестные леса и там дожидалась боевого приказа. Вскоре на долю дивизии выпала трудная задача: прорвать сильный оборонительный рубеж противника на северном берегу Волги, форсировать по льду реку и наступать в направлении западнее Ржева. Задача была успешно выполнена, но командующий не переставал держать сердце на Хмелева и многие телефонные разговоры вел только с начальником штаба дивизии, не требуя к аппарату комдива. Хмелев тоже начал избегать командующего и, чувствовалось, проникся к нему антипатией. «Но письмо, письмо! — думал Евстигнеев. — Это же ни в какие ворота не лезет! Можно недолюбливать, сердиться, но предупреждать о служебном несоответствии в случае неудачного исхода боя — непонятно.

Это очень важно  Здравия желаю Ну, докладывай командующему  Ровно через час На обочинах дорог Никто же наперед Гость, похоже, голоден Вы прикиньте Самолеты, гаубицы, танки Потом он попрощался